25 мая 2016, 08:00
Театр и критик

В мартовском выпуске «Парка культуры» мы начали дискуссию на тему «Нужна ли нам цензура?». Она вызвала живой интерес у публики. Продолжая разговор, журналист, член Союза театральных деятелей Юлия Матафонова высказала в апрельском выпуске «ПК» мысль, что цензуру возрождать не нужно, нужно развивать критику.

Однако, как показывает наш опыт, попытки высказать на страницах газеты замечания о театральной постановке, произведении живописи, фильме вызывают активный отпор тех, кому они адресованы. Так нуждаются ли театральные деятели в критике? Об этом сегодня рассуждают Елена Третьякова и Марина Шелепова.

* * *

При всей современной мобильности театр, по большому счету, остается стационарным искусством. Театральная критика, в отличие от литературной или кинокритики, имеет региональную принадлежность и важна именно своя, местная.

Кто как не «свой» театральный критик будет следить за развитием спектакля, указывать на стагнацию репертуара и сокрушаться по поводу деградации театрального процесса? Сторонние критики, приезжающие зачастую лишь выбрать спектакли для некоего фестиваля или, собственно, в рамках некоего фестиваля и отсматривающие постановки, не про каждый театр рассказать могут и запоминают далеко не каждый спектакль, так как смотрят огромное количество всего и по всей России.

Но в театральном мире, где и так немало проблем, с театральной критикой тоже непросто, явно бросается в глаза падение ее уровня. И тому есть две основные причины.

С одной стороны…

По устойчивому мнению местной интеллектуальной и культурной общественности, в Екатеринбурге театральной критики нет. И хотя зачастую негодующие возгласы по поводу ее отсутствия на самом деле должны звучать примерно так: «Почему про нас мало пишут лестного?», может все-таки они раздаются не зря? И на самом деле, где в Екатеринбурге театральная критика? Давайте поищем.

Прежде всего, не стоит выискивать театральную критику в периодической печати и на информационных интернет-порталах. Например, в «Уральском рабочем», где культуре уделяют не просто полосу, но целую ежемесячную вкладку, не может быть театральной критики, хотя здесь может работать театральный критик. Алла Лапина и Юлия Матафонова, много лет посвятившие освещению театральной жизни области, прекрасные тому примеры. Но даже их статьи — театральная журналистика, а не критика. Они написаны для большого круга читателей, основная масса которых не видела спектакля и никогда его не посмотрит. Зачастую же в газетах можно встретить и вовсе небольшие заметки про премьеры. В них содержится только освещение какого-либо события, иногда приправленное мнением автора. Конечно же, по большому счету, это никакая не критика.

Есть две профессии, будто бы играющие на одном поле, но на самом деле это не так. Театральный критик и театральный журналист — разные профессии. Сейчас все пришло к тому состоянию, какое было в дореволюционные времена в России и сейчас существует на Западе, когда театральная критика и театроведение становятся принципиально разными профессиями. Советская же традиция состояла в том, что это одна и та же профессия. Театральный критик в идеале — это не журналист, который увлекается театром и пишет про него, а театровед, который глубоко изучает театр и пишет про современный его вариант. И да, сегодня театральной критики в газете не дождаться.

Но будем честны, зачастую театрам нужны не критические разборы их творений, а просто «упоминания», и чем примитивнее и восторженнее они будут, тем лучше. Но как только в газетах появляется критическая (негативная, по мнению, режиссера, актеров) оценка, тут-то и всплывают вопрошания о том, где же у нас настоящие критики. Ведь понять гениальный замысел и раскрыть его всем невидящим может только он — настоящий театральный критик, а не какой-то там газетный писака, посмевший нелестно высказаться о «высоком».

Но театральная критика — это не только написание развернутых рецензий, но и книги, посвященные театральной жизни города, и устные разборы спектаклей «на труппу», и организация фестивалей. И такая критика в Екатеринбурге есть. И если театр готов к диалогу, он его получает. В частности, в областных театрах жанр устной рецензии более существенен и важен, нежели статьи. А у секции театральной критики при местном отделении СТД есть заслуживающее уважение детище — фестиваль «Браво!», ежегодно собирающий в свою афишу лучшие театральные премьеры области. И это не просто показы спектаклей, но и обсуждения, и возможность получить оценку как местных, так и сторонних экспертов, специально приезжающих на фестиваль. Это ли не возможность получить профессиональную обратную связь и вдохновение на новые свершения?

С другой стороны

На другой стороне — коллективный стон самих театральных критиков: «Мы никому не нужны!». Из года в год на страницах специализированных изданий, в социальных сетях и на круглых столах бедные театральные критики все задаются вопросом, кому же они нужны и все пытаются убедить себя, что нужны и даже очень, только вот никто этого не понимает. Издания не хотят печатать, зрители не хотят читать, а театры не хотят прислушиваться к их мнению.

Откуда такая потребность убеждать в необходимости своего существования? Возможно, многим не дают покоя амбиции вершителей судеб, как у критиков «The New York Times», которые могут одной своей статьей обречь спектакль на провал или успех. Хочется, чтобы высказанное экспертом мнение не просто было услышано, но и воплощено в действии. Возможно, из-за того, что мало изданий и не всем хватает места, где развернуться. Возможно, из-за увлеченности и погруженности в любимое дело теряется связь с реальностью, и вот уже театральный критик чуть ли не главный посредник между зрителем и сценой. Как же это вы спектакли смотрите, а рецензии не читаете? Сами все понимаете? Да не может такого быть! Много обидных слов проскальзывает в речах критиков и по отношению к публике, которая дура, и по отношению к творческим людям, которые сами не понимают, что творят, и по отношению к газетам, которые только скандалами и политикой питаются. А между тем…

Где-то посередине

Все как в анекдоте: «Ежики кололись, плакали, но продолжали грызть кактус». Критики негодуют, театры возмущаются, но работа идет. С шероховатостями, недопониманием, порой со скандалами, но дело делается. Когда удается усмирить тщеславие и разглядеть вокруг себя реальных людей, то выясняется, что все и всё на своих местах.

Да, изменилось время, изменился театр, пришли перемены и в критический цех. Прежние подходы устарели. Как театр становится все более разнообразным и дифференцированным, так и театральная критика все больше претерпевает изменения, что-то теряет, что-то приобретает. Сегодня театральный критик — это еще и организатор театральной коммуникации. Между театрами, между театром и зрителем, между драматургом и режиссером и т. д. И необходимость в театральных критиках не пропала, она видоизменилась.

Это значит, что нужно понять и принять новую реальность, ее преимущества и недостатки, ее опасности и ее блага — это очень важная проблема нашего сознания и проблема нашего театра.

Другие новости