9 ноября 2016, 14:20
И пришел «Девятый»

Иногда сюрпризы появляются там, где этого ждешь меньше всего. Причем сюрпризы приятные. В прошлое воскресенье на «Пятнице» показали фильм «Девять» режиссера Шейна Экера. Хорошая полнометражная анимация уже сама по себе вещь довольно редкая.

А для телевидения, где эфир заполонили бесконечные повторы мейнстримовой продукции студии Pixar или DreamWorks Animation, куда изредка вклинивается что-то из советской классики и современных российских «Алешей Поповичей», она редкая вдвойне. Даже не премьеры, а просто повторы уже качественных анимационных фильмов, какими на протяжении одного условного года радует зрителя телевизор, можно пересчитать по пальцам.

Да и то, что показывают, ограничивается зачастую такими беспроигрышными вариантами, как творчество Тима Бертона или классикой Disney. Например, я даже уже и не вспомню, когда последний раз видел хоть что-то из шедевров того же Хаяо Миядзаки на ТВ. А тут такой подарок от Шейна Экера.

Куклы против машин

Перед нами постапокалиптический мир, своего рода альтернативная нашей вселенная, где ребятам из местного Аненербе удалось нарыть своему фюреру, именуемому здесь скромно Канцлер, более-менее годный для порабощения мира магический артефакт. Сей чудо-гаджет обладал полезным свойством перемещения человеческой души в любой предмет, после чего у последнего появлялось сознание.

Подвернулся вовремя и ученый, работавший как раз над проблемой создания совершенного, обладающего душой, искусственного интеллекта. Правда дальше физической оболочки продвинуться у него не получалось. Как это уже не раз случалось на протяжении человеческой истории с учеными, детище местного гения стало объектом страстного вожделения Канцлера, увидевшего в его изобретении второй компонент инструмента для порабощения мира.

Оживив при помощи артефакта и первого попавшегося под руку несчастного созданную ученым механическую оболочку, Канцлер развязал мировую войну. Произведенные Машиной боевые роботы покорили все человечество. Однако новоиспеченный диктатор не учел одну маленькую деталь. Железный монстр, уже почувствовавший вкус человеческой души, восстал против своего создателя.

Так человечество как вид было стерто с лица земли за исключением девяти маленьких кукол из мешковины, в которых ученый успел переместить души своих близких, друзей, врагов и свою собственную, присвоив каждой их них взамен имени номер. Машина же, «сожрав» все живое, впала в анабиоз, оставив в боевом режиме лишь Зверя — небольшого боевого робота, собранного из металлолома и костей какого-то ящера. Но обо всем об этом Девятому, только что «проснувшемуся» в полуразрушенной лаборатории, лишь предстоит вспомнить, как и о том, кто он такой на самом деле и как победить смертоносную Машину…

Сообразили на троих

История полнометражного варианта фильма «Девять» началась с вышедшей в 2005 году одноименной короткометражки. На протяжении четырех с половиной лет один из специалистов по спецэффектам из команды Питера Джексона Шейн Экер, вдохновленный творчеством Яна Шванкмаера, братьев Куэйн и братьев Лауэнштайн, в свободное от работы время на домашнем компьютере рисовал 9-минутную историю о двух куклах, преследуемых железно-костяным монстром. В итоге эта мультипликационная дань уважения антиутопиям первой половины прошлого столетия была не только номинирована на «Оскар» в 2006 году, но еще и попалась на глаза Тимуру Бекмамбетову. Он был настолько очарован идеей и ее визуальным воплощением, что в тандеме с Тимом Бертоном они решили продюссировать полнометражный вариант мультфильма.

При этом, хотя сама концепция и осталась прежней, то там, то здесь можно увидеть «отпечатки» старших товарищей. Особенно это заметно в главном герое. Девятый уже не просто немая кукла. С появлением полноценного сюжета в его образе можно заметить черты как бекмамбетовского идеалиста, этакого Антона Городецкого, только что пробудившегося от спячки, так и бертоновского блаженного, такого как Эдвард Руки-ножницы. К тому же от Бекмамбетова мультфильму досталась стремительность экшен-сцен, в то время как Бертон наполнил картину своей уникальной атмосферой доброй мрачноватости. Но все это воспринимается скорее как дополнение, нежели переделывание на свой лад. Да и вообще, несмотря на громкие имена (хотя бы как минимум имя Тима Бертона здесь можно считать таковым), парящие высоко над фигурой молодого режиссера, нет ощущения, словно два знаменитых писателя пытаются надиктовать роман начинающему автору коротких рассказов.

Спасенные души

Что до основной идеи, то, на первый взгляд, «Девять» представляет собой эдакую помесь «Истории игрушек» и «Терминатора». Но в отличие от последнего, ярко иллюстрирующего самый скверный вариант будущего нации адептов робототехники и высоких технологий, где машины вышли из-под контроля и планомерно, на правах захватчика, уничтожают любое проявление конкуренции, здесь на первый план выходит даже не сам факт апокалипсиса, поставившего крест на органическом существовании людей, а прежде всего борьба за сохранение человечности внутри себя. Цель Машины — не физическое уничтожение, а «высасывание» сознания, души.

И иллюстрируют эту идею лучше всего в фильме даже не диалоги, а сама пластика кукол-людей — грусть, радость, страх, решимость, дружеское прикосновение. Каждое движение маленьких человечков, каждый взгляд глаз-объективов демонстрируют то, что спектр эмоций — самое главное сокровище, ради которого стоит сражаться и выживать. Планета рано или поздно восстановится после битв и катаклизмов, как это уже было не раз. Но эмоции, сознание, душа — если все это исчезнет, то исчезнет навсегда. И, что еще гораздо важней, Экер оставляет не только положительные эмоции, но и отрицательные, наделяя ими при этом не Машину и роботов, а кукол.

Хеппи-энд в конце хоть и выглядит предсказуемо и даже немного банально для картины такого уровня, но вместе с тем оставляет надежду в первую очередь на то, что раз уж у кукол получилось сохранить душу, то, может быть, это получится и у нас. 

Другие новости